Friday, September 21, 2018
НОВОСТИ > НОВОСТИ МЕДИА > МЕДИАСФЕРА > Павел Гусев: «Я не собираюсь воевать с Богдановым»

Павел Гусев: «Я не собираюсь воевать с Богдановым»

Главный редактор «Московского комсомольца» рассказал об истинных причинах раскола в Союзе журналистов России.

В последнее время медиасообщество Краснодарского края всё чаще выражает недовольство работой Союза журналистов России. В связи с этим на 26 июня назначена конференция, на которой решится дальнейшая судьба краевой журналистской организации. Журналисты ответят, придерживаться ли им и дальше устаревшей идеологии Союза журналистов России, или взять курс на самостоятельность, как в своё время уже сделали организации Москвы, Санкт-Петербурга и Татарстана. Накануне конференции мы пообщались с председателем Союза журналистов Москвы Павлом Гусевым, который помог расставить многие точки над i.

Справка: Павел Николаевич Гусев — главный редактор и владелец газеты «Московский комсомолец». Председатель Союза журналистов Москвы. Член Совета при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека. Председатель Общественного совета при Министерстве обороны РФ. Декан факультета журналистики Московского международного университета.

«Мне хватает и своих кресел»

— Павел Николаевич, из-за чего у вас конфликт с председателем СЖР Богдановым?

— Конфликта нет. Есть мое глубокое убеждение, что этот человек находится не на своем месте. На позапрошлом съезде Союза журналистов России я вышел на трибуну и открыто заявил, что Богданов и его команда должны уйти. Что у руля Союза должен стоять профессионал, действующий журналист. Такой как Фронин, Сунгоркин, Игнатенко. А не человек, давно утративший связь с журналистикой.

— Тогда поговаривали, будто вы сами хотели занять этот пост…

— Я никогда не стремился подсидеть Богданова. Мне хватает и своих кресел. Я на съезде озвучил имена тех, кого видел бы в роли председателя. И до сих пор на этом настаиваю.

— Что конкретно вас не устраивает в деятельности Союза журналистов России?

— Богданов и его команда занимаются самопиаром. Они делают все, чтобы о Союзе не забыли в региональных отделениях. Создается общая картина, что они вроде как заботятся о журналистах, но на деле эта забота сводится к гулянкам на теплоходах и фестивалях. Почта России повышает тарифы на доставку газет, на Украине гибнут наши журналисты. А богдановцы тем временем рассылают по регионам приглашения на очередную пьянку в Дагомыс. Претензия одна —  нет конкретных действий, решений, не ведется работа с Госдумой, правительством. Конкретно для защиты журналистов, для продвижения наших журналистских проблем и поиска пути их решения практически ничего не делается. Только слова с трибуны. В этом году я побывал на вашем региональном фестивале СМИ. Вот это уровень! С мастер-классами приехали главные редактора и журналисты ведущих СМИ страны. Я увидел много студентов, молодежи. Был спортивный день, награждения победителей конкурсов. Приехали главы муниципальных образований, чтобы задать вопросы федералам и поделиться своим опытом работы со СМИ. Фестиваль же, который проводит Богданов, сводится к демагогии, фуршетам и купаниям в Черном море.

— Кстати, журналистскую организацию Кубани, которая выступила организатором этого фестиваля, сейчас обвиняют в сепаратизме. Наши активность, самостоятельность в принятии решений раздражают верхушку Союза. Как вам удалось обрести независимость?

— Дело в том, что Союз журналистов Москвы никогда не являлся отделением СЖР. Предыстория такова. В 1991 году, когда рухнула социалистическая империя, развалился и Союз журналистов СССР. Его правопреемником стал Союз журналистов России, который возглавил один из медийных руководителей с ярко выраженными коммунистическими взглядами. Столичные журналисты приняли решение создать собственную организацию — Союз журналистов Москвы, мы ее зарегистрировали, 15 тысяч человек вошли в ее состав. Когда к власти пришел Богданов, он предложил нам стать структурным подразделением федерального Союза, но мы решили ничего не менять, войти в состав СЖР в качестве ассоциированного члена. То есть мы работаем по всем направлениям Союза плюс имеем свои программы, но решения СЖР для нас носят лишь рекомендательный характер. Кстати, по такому же пути пошли Союзы журналистов Санкт-Петербурга и Татарстана. Так мы существовали довольно долго, всех все устраивало. Пока Богданов и его команда не поняли, что мы работаем качественнее и активнее их. Мы отстаиваем права и проблемы журналистов всероссийского масштаба, участвуем в заседаниях правительства, спорим и предлагаем свои пути решения. К нам прислушиваются на всех уровнях власти. Тем временем Союз журналистов России проводит работу, как я уже сказал, на словах. Покажите хоть один документ, который Союз журналистов России направил в тот же парламент по поводу неправильно принятых законов, которые уничтожают нашу профессию. Если взять наш Союз, то мы направили десятки документов и довели дела до конца. Конечно, Богданову это не нравилось. И пару лет назад он стал применять в отношении нас агрессивную политику. В противовес он создал московское отделение СЖР, отказался продлевать международные профессиональные карточки журналиста… Поэтому не удивительно, что активная позиции журналистов Кубани вызывает раздражение у богдановской команды.

— Что касается международной карточки, то в Краснодарском крае она не пользуется особой популярностью. Какой от нее прок, считают наши журналисты, кроме льготного прохода в несколько музеев Европы…

— Журналисты Москвы и Санкт-Петербурга, которые часто бывают в зарубежных командировках, напротив, дорожат этой карточкой. Поэтому СЖР и выбрал именно ее объектом своего шантажа. Но мы обратились в Международную федерацию журналистов с вопросом, имеем ли мы право продлевать эту карточку, не являясь членами СЖР. И нам ответили, что имеем.

«Ассоциация журналистских Союзов появится этой осенью»

— Недавно вы объявили о создании новой Ассоциации журналистских союзов страны. Решили бросить вызов Союзу журналистов России?

— Я не собираюсь воевать с Богдановым. Я лишь хочу показать, что есть другой путь развития журналистики и творческих союзов в целом. Богданов и его команда продолжают работать по старинке и уже не способны решать задачи современной журналистики. Многих это не устраивает, поэтому ко мне неоднократно обращались представители регио-нальных журналистских Союзов с предложениями о создании альтернативной творческой организации. Честно скажу, я долго сдерживался. Но, наконец, принял решение. Ассоциация журналистских союзов появится этой осенью. В ее состав готовы войти уже несколько творческих организаций.

— Каким вы видите сотрудничество с журналистской организацией Кубани?

— Она может войти в состав Ассоциации как член или подписать соглашение о сотрудничестве. При этом не теряя своей самостоятельности. Мы сможем проводить совместные мероприятия, ваши журналисты будут иметь возможность проходить учебу и стажировку на базе ведущих федеральных СМИ. Ассоциация обязательно откроет свою юридическую службу, которая будет защищать интересы журналистов в судах, консультировать их по спорным вопросам. Мы готовы предоставлять вам помещения в Москве для проведения пресс-конференций, презентаций потенциала Краснодарского края, на чем вы сможете даже зарабатывать деньги.

— Недавно вы встречались с президентом страны, говорили о проблемах журналистов-газетчиков. Каков итог переговоров? И был ли на этой встрече Богданов?

— Богданова на этом мероприятии не было. Что касается проблем газетчиков, то мы постарались довольно подробно обрисовать президенту ситуацию, в которой оказались. Дотации на доставку прессы, которые сегодня не получила «Почта России», по сути дела уничтожают печатные СМИ — важнейший социальный продукт. И это уже затрагивает информационную безопасность страны. Ведь люди не смогут получать информацию, которую дает ответственная журналистика — какой всегда была и есть газетная журналистика. Я глубоко убежден, что Поч- та — это очень лакомый кусок. Не из-за того, что она разносит письма или газеты, а из-за того, что обладает миллионами квадратных метров, которые находятся в самых престижных местах. Акционирование почты — это преступление перед страной. Ведь даже Ленин велел сначала взять телеграф и почту, а потом только банки и все остальное. Сегодня нужно от государства всего 7 миллиардов рублей. Это не такие большие деньги по сравнению с триллионами, которые идут на другие программы. Если сегодня из-за повышения цен кто-то не подписался на газету, он ее уже никогда не подпишет. Даже потом, снижая цену, подписчика вернуть будет очень сложно. Ситуация, которая сложилась сейчас с печатными средствами массовой информации, — катастрофа для страны. Президент знал об этой проблеме, но не в таких масштабах. Он тут же дал поручения чиновникам из Минкомсвязи и администрации президента, чтобы они занялись этим вопросом.

— Выходит, надежда у газетчиков есть?

— По крайней мере, у меня, как у владельца холдинга, который издает 81 газету и журнал, есть.

— А как же утверждение, что к 2020 году все печатные СМИ умрут?

— Считаю, что это абсолютное невежество. Пиар-ход тех, кто пытается продвинуть Интернет и различные электронные версии своих СМИ. Уверен, что наше население еще долго будет читать газеты. Я недавно был в США в крупнейшей американской газете «Вашингтон пост», где долго общался с главным редактором. Он рассказал, что они, наоборот, возрождают печатную версию, поскольку видят к ней интерес. У них 300 — 400 тысяч — ежедневный тираж печатной версии и 20 миллионов просмотров в Интернете. Я поинтересовался прибылью. Оказалось, 80 процентов дохода приносит бумажная версия и лишь 20 процентов — электронная. Также не стоит забывать, что Интернет — это не средство массовой информации, это — средство массовой коммуникации. В качестве СМИ его используют лишь 12 — 14 процентов аудитории. Остальные слушают музыку, обитают в соцсетях, почти 60 процентов увлекаются эротикой и порнографией, которая здесь в свободном доступе. По статистике, ежедневно Интернетом пользуются 40 — 45 миллионов россиян, и если взять эти 12 — 14 процентов, то выходит, что всего 8 — 10 миллионов человек используют Интернет как средство массовой информации. А читательская аудитория традиционных СМИ сегодня более 100 миллионов человек. Это означает, что газетам по-прежнему доверяют.

IMG_4653«Мой принцип: именная журналистика»

— Павел Николаевич, вы — главный редактор, собственник и генеральный директор «Московского комсомольца» в одном лице. Как уживаетесь в этих трех ролях? Комфортно ли вам?

— Уживаюсь легко, поскольку привык, ведь я уже больше 30 лет возглавляю одну и ту же газету. Кроме того, это очень удобно, я могу быстро принимать решения, ведь, чтобы посоветоваться, не нужно созывать совет директоров.

— Сами с собой советуетесь?

— Мог бы. Но я никогда так не делаю, хотя у меня есть интуиция и гигантский опыт. Когда я начинаю рассматривать тот или иной проект, я обязательно провожу консультации, для этого у меня есть очень мощные юридические, финансовые советники, бизнес-советники, советники по пиару. Но последнее слово всегда за мной. С другой стороны, это огромная ответственность. Ты рискуешь своими деньгами, своим имиджем, своей командой…

— Если не секрет, вы хорошо платите своим сотрудникам?

— Я считаю, что если ты хочешь быть на коне, то ты должен обеспечить и людей, которые на тебя работают и создают твой бизнес. Если они не будут ощущать себя достаточно состоятельными, ты никогда не сможешь быть богатым. У стажеров «МК» зарплаты невысокие — 15 — 20 тысяч. А дальше все зависит от тебя. Некоторые журналисты получают по 200 — 250 тысяч рублей. Контракт заключается лично со мной. В нем прописано, что я гарантирую сотруднику минимальную заработную плату, все остальное — премиальные. Они зависят от качества работы. За недобросовестный труд предусмотрены штрафы. Ну, к примеру, вас зовут Яна, а в статье я называю вас Аллой. Штраф — 5 тысяч рублей. За более грубые ошибки — более жесткие штрафы. Иногда журналиста штрафуем на 30, 50 процентов премиальных, бывало и на 100. Но это крайне редко. Штрафов у нас гораздо меньше, чем премиальных. Есть еще поощрения. Каждый день с утра мы обсуждаем свежий номер газеты. За хорошие материалы голосуем, это дополнительная надбавка к гонорару. Также на летучке тайным голосованием определяем лучший материал месяца. За это тоже премия. А в конце года тайным голосованием определяем лучшего журналиста редакции за год. Его фотография потом год висит на доске почета плюс очень солидная премия.

— Насколько досконально вы вникаете в творческий процесс? Или приезжаете в редакцию только подписать номер?

— Очень досконально. Я читаю все проблемные материалы, в какой точке земного шара ни находился бы. Вот несколько минут назад мне на электронную почту пришел материал «Крым без татар». У меня нет возражений, и я отправил смс: «Ставьте в номер!». Кстати, я практически не правлю материалы. Мой принцип: именная журналистика. Я считаю, что если я или мой заместитель будем делать всю газету под одну гребенку, то это гибель для издания. Журналист должен уметь писать так, чтобы его стилистику узнавал читатель и шел на его имя, как идут на фильм или на спектакль.

— У вас телефон «Самсунг», причем не самой последней модели. Почему не айфон? Вы не поклонник современных гаджетов?

— Я — человек, далекий от электроники. «Самсунг» приобрел год назад. До этого у меня был маленький телефончик «Нокиа», который очень удобно было носить в кармане. Потом увидел этот «Самсунг», мне понравилось, что у него большой экран, но я думал, что никогда в нем не разберусь. Оказалось, что все элементарно. С айфоном посложнее. Поэтому и не айфон (смеется).

— Обычно телефон и автомобиль говорят о благосостоянии своего владельца…

— Я никого не собираюсь убеждать в своем благосостоянии. Все и так знают, что я не бедный человек. Я мог бы разъезжать на дорогих спортивных автомобилях. Но мне это не интересно. Я передвигаюсь по Москве на минивэне «Шевроле». В нем есть все, что мне нужно: кресло, стол, телевизор, эдакий рабочий кабинет на колесах. Для меня дорогая машина ровным счетом ничего не значит.

— А что значит?

— Книги. У меня уникальная библиотека, состоящая из антикварных изданий. В ней есть практически все первые издания Пушкина, Лермонтова. Они стоят сумасшедших денег. Но для меня важнее купить дорогую книгу, нежели дорогую машину.

«Я добился всего, о чем мечтал»

— Разрешите личный вопрос. У вас было три брака. Что такого должна натворить женщина, чтобы вы с ней расстались?

— Супруги уходили от меня сами. Расставались без драм, без дележа имущества, никто никого не застал в постели. Просто так складывались обстоятельства. Я был весь в работе, искал себя. А когда ты в поиске, ты немного отстранен от реальной жизни. Наверно, это и помешало мне в тот период найти ту единственную. Найти себя в этом мире для меня тогда было важнее.

IMG_4745— Кто ваша нынешняя супруга?

— Евгения Ефимова — главный редактор объединенной редакции изданий мэрии Москвы.

— Какие качества вы цените в женщине?

— Прежде всего, она должна быть привлекательной. Не суетиться по мелочам. Быть хорошим другом. Обладать сексуальностью. Не скрою, для меня это очень важный момент. Если к женщине не испытываешь сексуального влечения, брак ничего не стоит. Я не верю, когда мне говорят, вот, мол, у нас с женой такие высокие духовные отношения, что книги вместе читаем. Ерунда. Всегда смотрю на такие пары и думаю: «Скоро разведутся». Что касается хозяйственности, то я не считаю, что женщина должна стоять у плиты. Если есть возможность, надо нанимать домработницу. Хотя по субботам и воскресеньям я сам люблю готовить. Это удовольствие для меня и для тех, кто кушает мою стряпню.

— О чем мечтает Павел Гусев?

— Я состоявшийся человек. У меня есть имя, четкий бизнес, положение в обществе, к моим словам прислушиваются. Пожалуй, я добился всего, о чем мечтал. У меня огромный медиахолдинг, в котором есть все: начиная от киосковой сети, заканчивая типографией, где установлена самая крупная полиграфическая машина в России стоимостью 26 миллионов долларов. Я очень люблю путешествовать. Увлекаюсь профессиональной охотой. Кстати, издаю единственный в России профессиональный журнал для охотников и единственную в мире еженедельную российскую охотничью газету. Благодаря охоте я объехал практически весь мир. Побывал более чем в 100 странах мира. Я прошел пешком почти всю Африку, Австралию, Новую Зеландию… Это совершенно другое виденье природы, культуры, когда ты смотришь на мир не из окна туристического автобуса, а, например, живешь несколько дней в африканской деревне. Ты наблюдаешь, как каждый вечер дети собирают личинок и жарят их на палочках на костре. Видишь племя, у которого слоны вытоптали весь урожай и люди сидят, собирают последние кусочки еды, зная, что скоро они все могут погибнуть от голода. В этом плюс путешествий: они дают возможность увидеть не только окружающий мир, но и внутренний нравственный мир человека. И в каждой такой ситуации проверяешь себя: а как бы ты поступил?

— Выходит, вы абсолютно счастливый человек…

— Абсолютно счастливый человек — это идиот. Который не понимает, где он находится и что делает. У меня невероятное количество проблем, которые каждый день приходится решать. И я их решаю. И в этом тоже есть определенное счастье.

Яна ВИКУЛОВА, фото: Г.Рогов

Источник: kubnews