Среда, 2 декабря, 2020
НОВОСТИ > НОВОСТИ МЕДИА > МЕДИАСФЕРА > Редакция «СОЮЗа» поздравляет редакцию РГ с Юбилеем

Редакция «СОЮЗа» поздравляет редакцию РГ с Юбилеем

Владислав Фронин рассказал о становлении и буднях издания, которому исполняется 30 лет

Трудно представить современный ландшафт отечественной журналистики без «Российской газеты», а ведь ей 11 ноября исполняется всего 30 лет. О становлении и буднях молодого, но уже заслужившего прочное место в истории отечественных СМИ издания мы поговорили с его бессменным главным редактором Владиславом Фрониным.

— Вы пришли работать в РГ во второй половине 90-х. Как на ваш взгляд с того времени изменилось издание, его редакционная политика? Какие изменения произошли в нем с тех пор, как вы его возглавили, какие из них вы считаете самыми главными?

— Я пришёл в редакцию в 1996 году, и ровно через неделю, 30 марта, вышел последний номер РГ, свёрстанный в «горячем наборе» на линотипе, и мы перешли на компьютерную вёрстку. Это, безусловно, техническая революция, которая изменила труд журналистов, но я бы не отнёс это к главному. История РГ — это новейшая история российского государства со всеми событиями в жизни граждан, неожиданно для себя оказавшимися в новой стране с новыми законами, которые обещали сделать её демократической. Их надо было не просто напечатать, но и разъяснить, чтобы люди научились по ним жить.

РГ создавалась в 90-е годы как печатный орган Верховного Совета в противовес газете «Правда», партийной закостенелой журналистике. К сожалению, в 1993 году случилось противостояние исполнительной и законодательной власти, и учредителем стало правительство, а главного редактора РГ тогда привели в новую редакцию автоматчики, и это точно был признак революционных изменений. После смены учредителя РГ превращается в СМИ, и к концу первого десятилетия она уже не печатный орган, борющийся с какими-то идеалогемами, а общенациональная газета. И как непросто шло становление России, так же шло и становление газеты. Были моменты, когда уже в новой России РГ не доставляли, изымали из библиотек в некоторых регионах, потому что опубликованные в ней законы приходили в противовес с принимаемыми там сепаратистскими нормами.

За 30 лет РГ превратилась в фабрику контента, выпускающую, кроме ежедневной, также самую тиражную еженедельную газету «РГ Неделя», журнал «Родина». В нашем проекте «Партнёры» участвуют 540 районных, городских и областных изданий и сайтов из 64 регионов России от Калининграда до Камчатки, которые имеют право печатать наши материалы. В свою очередь мы, отправляя этот контент, имеем возможность публиковать его, скажем, в газете «Урюпинская правда», чья аудитория в её районе в 10 раз превышает нашу, а других федеральных изданий там может не быть вообще.

Первый номер «Российской Газеты»

— Где сейчас ваша основная аудитория — в интернете или на «бумаге»?

— Это как два сообщающихся сосуда: чем больше уменьшается аудитория бумажного варианта РГ, тем большими темпами растёт у её электронной версии. По оперативности бумажная версия, естественно, не сравниться с сайтом, но что отличает, по моему мнению, РГ от других — это прежде всего информация, что называется, «из первых рук» от власти, аналитика и комментарии. Потому что, как бы ни относиться к власти, вы всё равно хотите знать, что она делает. Ежедневная РГ имеет аудиторию 556 тыс. чел. (данные Mediascope за март-июль 2020), каждый выпуск «РГ Неделя» читает в среднем 5,2 млн чел. (данным ИнФОМ), причём, что очень важно, это в 142 городах с населением от 100 тыс. чел. Многие СМИ сейчас в распространении идут как бы вдоль железной дороги, иначе доставка очень дорого стоит, мы же поступаем и в малые города, и аудитория там достаточно солидная. Среднесуточная аудитория портала RG.RU более 2,5 млн, более 35 млн пользователей в месяц, у нас более 1 млн подписчиков в соцсетях. На сайте мы развиваем проекты на социально значимые темы, активно общаемся с читателем, который, задав вопрос, может получить ответ экспертов и первых лиц. Это помогает лучше понимать интересы читателей, давать наиболее значимые темы в «бумаге». По данным измерений, мы удерживаем лидирующие позиции по аудиторным показателям как в печатной прессе, так и среди сайтов — конкурентов в интернете.

— Нарисуйте портрет вашего среднего читателя.

— Российская газета — для думающих людей, которые серьёзно относятся к себе, к своей семье и к своей стране. Наши читатели — это в первую очередь люди, принимающие решения: чиновники, бизнесмены, те, кто должен быть в курсе всех решений и действий власти, но поскольку у нас разностороннее издание, то это также и аудитория более широкого плана.

Читатель ежедневной газеты РГ — мужчины и женщины в возрасте 35-45 лет с активной жизненной позицией, интересующиеся новостной повесткой, следящие за изменениями внутри страны (политика, законы, общество), которые чаще всего работают на госслужбе, в правовой, социальной, финансовой сферах, в здравоохранении. РГН — это газета социально-ориентированная, часть читателей получает её бесплатно, мы называем её газетой для семейного чтения. Её читатель более старшего возраста — 50+, который следит за изменениями в социальной сфере, экономикой России и других стран, полезными лайфхаками и историями жизни людей. Читатель журнала «Родина» в среднем возраста 35-50 лет, который ценит семейные ценности и интересуется историей. Сайт привлекает аудиторию с различными интересами, особенность интернет-читателя в его молодости — четверть аудитории находятся в возрастной группе от 25 до 34 лет. Сегодня все больше женщин интересуется новостной повесткой, и наша аудитория между женщинами и мужчинами делится 50/50.

— Сейчас традиционным медиа приходится бороться за аудиторию, внимание которой рассеивается по просторам интернета. Как вам удается удерживать свою, растет ли ее количество?

— Мы сохраняем аудиторию, используя преимущества РГ. У нас есть источник информации, которого нет ни у кого. Часто можно встретить фразу, особенно в частных СМИ: «из источников, близких к Кремлю, к Белому дому, к Охотному ряду, стало известно». В РГ мы не можем себе позволить такие выражения, потому что в принципе, если это напечатано в РГ, то это уже факт, например, указ о назначении кого-то на должность. С ним можно не соглашаться, но это окончательная достоверная информация. И вот это преимущество мы должны использовать, оставаясь при этом журналистами, то есть людьми оперативными, думающими, командными.

Аудитория РГ растёт, причем когда началась пандемия коронавируса, она росла взрывными темпами: на сайте она выросла в 2,5-3 раза, потому что людям нужно было знать точную информацию. Да и до этого было много волнующих людей тем: пенсионная реформа, вопросы заработной платы, трудовых отношений, здравоохранения, образования. Пандемия показала, насколько возрос спрос к, казалось бы, официальной информации, но она тогда востребована, когда подаётся правильно, оперативно и полезно.

— Многие говорят, что традиционная журналистика умирает, потихоньку уступая место блогерам. Действительно ли это так? Или это часть эволюции? В какую сторону заведет, на ваш взгляд, этот процесс ваше издание, какие видите перспективы?

— Вопрос, мне кажется, так ставить нельзя. Это все равно, что «традиционная медицина умирает, уступая место знахарям». Сейчас блогеры играют очень важную, серьезную роль, есть вот та свобода, свобода слова, которую добивалось общество и российское в том числе, мы очень многим обязаны блогерам, и я думаю, что они и традиционная журналистика спокойно могут уживаться. Журналисты РГ присутствуют в социальных сетях, у них есть своя определённая аудитория как у блогеров. Например, есть аудитория Валерия Семёновича Кичина, и когда он переходил из «Известий» в РГ, я понимал, что вслед за ним придет и его аудитория, так что можно считать, что аудитория блогера Кичина перешла к нам. И это не мешает ему быть обозревателем РГ номер один и, на мой взгляд, ведущим кинообозревателем в нашей современной журналистике. Или возьмем Ирину Григорьевну Краснопольскую, которая, по-моему, тоже ведущий медицинский журналист. Вся её аудитория, что для нас очень важно — профессиональная аудитория, — объединена вокруг полосы «Медицина». Можно назвать это блогом Краснопольской. Вот из таких журналистов состоит профессиональная команда, которая живет и работает по законам своей профессии, то есть в первую очередь — это ответственная журналистика. Со временем, мне кажется, всё утрясётся окончательно, и блогеры получат блогерово, а журналистика останется и выживет, но только та, которая будет конкурентноспособна в новых условиях.

— «Российская газета» является официальным печатным органом правительства РФ, в ней часто печатаются программные статьи топовых политиков и чиновников. Влияет ли статус РГ на редакционную политику в целом, не ограничивает ли он вас с точки зрения выбора спикеров, тем, которые поднимает издание?

— Мы ничем не отличаемся ни от какого другого СМИ, у нас есть редакционная политика, которой мы руководствуемся, и считаем, что РГ в силу своего статуса государственной общенациональной газеты — это дискуссионная площадка. Но если уже закон принят, то в этой ситуации мы стараемся его разъяснять, а не обсуждать. Обсуждение происходит на стадии его подготовки, и мы стремимся к тому, чтобы люди тогда слушали и слышали друг друга. Мне кажется, что в последнее время у нас всё больше и больше разрыв между теми, кто говорит, и теми, кто слушает.

Я уже сказал, что мы газета для думающих людей, плясать и скакать — не по нашей части, поэтому, когда мы выбираем авторов, то обращаем внимание на то, чтобы человек был прежде всего профессионалом в своей области, а не тем, кто хочет хайпануть, покричать или ввернуть громкий эпитет. Ищем золотую середину, отсекая крайние точки зрения, стремясь, чтобы при этом звучал голос разных слоев, разных взглядов. Мы склонны к аналитике, поэтому нам нужен комментарий компетентного человека, которого мы находим не только среди членов правительства или администрации президента. Это, прежде всего, наши колумнисты, авторы других изданий из всех регионов страны, наши зарубежные авторы. На моей памяти у нас печаталось пять нобелевских лауреатов, последнее интервью совсем недавнее мы взяли у Пеле, когда ему исполнилось 80 лет. Мы и в области культуры если и не впереди планеты всей, то, на мой субъективный взгляд, одни из лучших: наши авторы — из Большого театра, из Мариинки, из писательских кругов — это первые имена. Если мы чем и ограничены в поиске авторов и тем, то здравым смыслом и чувством ответственности.

У нас было много и «рубежных» материалов. В 2005 году мы напечатали огромный многополосный материал «Дамоклова труба над Байкалом» о проекте прокладки нефтепровода вдоль озера, дав слово экспертам и специалистам, которые рассказали об угрозе, которую он нёс экологии. Тогда выдержали серьезнейший напор, но было знаменитое совещание, которое проводил президент Владимир Владимирович Путин, было выступление академика Николая Павлович Лавёрова, и трубу отодвинули, хотя нас в то время даже называли японскими агентами влияния. Газетный вариант статьи Александра Исаевича Солженицына «Размышление над февральской революцией» к её 90-летию также впервые был опубликован именно РГ. До сих пор актуальнейшая, потому что гражданская война до сих пор нас никак не оставит в покое, и разлом между властью и обществом — это очень тревожная тенденция — усиливается. Хотя, казалось бы, произносятся правильные вещи, что государство и общество должны быть в гармонии, — ответственность за эту ситуацию несут обе стороны.

Наш собкор в Краснодаре Татьяна Павловская первой рассказала о станице Кущевская и Цапках в своем материале «Скованные страхом», что было мужественным поступком. В 1997 году, это я только пришел в РГ, пришло письмо, что сгорела сельская школа в деревне Нежитино в Центральной России. После публикации в РГ стали собирать деньги и даже Борис Николаевич Ельцин выделил. Школу построили, она до сих пор стоит.

Такие публикации лучше всего говорят о том, какая это газета, официальная или неофициальная. В конце концов, главное, чтобы она была интересной, ответственной и полезной, а не изданием, чтобы хоть чем-то занять людей.

— Можно ли сказать, что у РГ есть преимущество перед негосударственными изданиями, так как, получая финансирование из бюджета, не нужно думать о необходимости зарабатывать, в частности, на рекламе, а значит и переживать о взаимоотношениях с теми или другими рекламодателями?

— Это совершенно не так. Все, что связано с редакционным развитием газеты — это наши заработанные собственные средства от рекламы. Если бы мы не зарабатывали, то были бы без компьютеров, без обучения журналистов, могли бы позволить купить своим сотрудникам для работ телефоны не дороже 20 тысяч рублей. Из бюджета мы получаем только за создание и распространение государственного контента в электронном и бумажном виде. Объединенная редакция отчитывается потом за каждую полученную от государства копейку. Поэтому все входящие в ИД 31 филиал в регионах должны сами зарабатывать. Сегодня нет такого понятия, как в советское время, корпункт и собкор газеты, есть директор, редактор, рекламный агент филиала, бухгалтер. Они ведут рекламные кампании, информационное обслуживание, дают новости в газету со всех точек страны и одновременно пополняют редакционную казну, чтобы мы вместе могли развиваться. Благодаря такой финансовой политике, мы и имеем такую журналистскую команду и входим в число ведущих СМИ вместе с другими частными изданиями, некоторые из которых получают не меньшие, а, может быть, и большие, чем РГ, суммы из бюджета (всякого рода гранты, контракты и т.д.). Как и все другие редакции, из-за пандемии мы переживаем период сокращения рекламного рынка, но наш рекламодатель все-таки более устойчив, чем, может быть, в других изданиях, контракты заключены на более длительный срок. Сейчас работать непросто, как и все, мы на «удалёнке», но тем не менее остаемся в хорошей и творческой, и финансовой форме.

— Вы пришли в журналистику в 70-х и застали различные периоды жизни нашей страны: период «застоя», окончание «холодной войны» и распад СССР, «лихие» 90-е и «тучные» 2000-е. Когда работать было интереснее? Как менялась с тех пор журналистика, в чем стало проще работать, а в чем, может быть, сложнее?

— В 1989 году, в 37 лет, я стал главным редактором «Комсомольской правды». Работать в 1990-м году главным редактором в «КП» — это уникальный опыт, и для меня это было серьезное испытание, у нас была замечательная команда в годы Перестройки. Многое мы печатали впервые, например, брошюру Солженицына «Как нам обустроить Россию?». Мы впервые напечатали материал о расстреле в Новочеркасске тиражом 21,5 млн экз. И я помню картину, когда Анатолий Собчак идет по залу Дворца съездов в газетой «Комсомольская правда» в руке с этой статьей, говоря о том, что нужно читать и понимать это, а на выходе из зала стоит человек, который раздает на ксероксе размноженные новости с логотипом «Интерфакс». Жить и работать в такое время для любого журналиста и трудно, и сложно, но это и огромная удача.

Мне кажется, очень достойно прошла КП тот период, как и в целом вся российская журналистика. Во многом то, что в 1991 году мы смогли отойти от края пропасти и пережить с большими, но не такими трагическими потерями, какие они могли бы быть, — в этом заслуга новой и советской журналистики, ведь не появлялись же частные издания, новые агентства, телекомпании из ничего, там работали те же люди. Было интересно, мы пережили тогда романтический период, когда думали, что журналисты будут собственниками своих СМИ, но жизнь быстро расставила всё на свои места.

По-моему, журналистика в России сегодня на достойном уровне, а к её проблемам по сравнению с советской я бы отнес нехватку ответственности. В советское время не цензура, мне кажется, воспитывала это чувство в журналистах, а самим характером жизни было, что ли, так устроено. Тогда было такое выражение Анатолия Аграновского: «Хорошо пишет тот, кто хорошо думает». Это принцип советской журналистики, а сегодня хорошо пишет тот, кто пишет быстро и быстрее всех публикует. Это, наверное, тоже естественно, так как произошла и техническая революция, и свободы стало больше. Есть выражение «новость на уровне глаз». Когда на Гудзоне на воду приземлился самолет, первым об этом сообщило не CNN с огромнейшим штатом журналистов, а человек, который сделал фотографию. Когда произошел теракт в «Домодедово», владелец кафе с телефоном оказался рядом и снял это на камеру. И это всё тоже современная журналистика, она стала массовой, но от этого, мне кажется, несколько потеряла не просто профессионализм, а именно что чувство ответственности.

Сейчас стало работать, скорее, сложнее. Да, с развитием технологий уже неважно, где ты находишься, в Париже, Праге или на улице Правды: можно проводить зум-конференцию, общаться, верстать газету. Но это все инструментарий, главное — это голова и талант журналиста, а для этого нужна хорошая школа. Думаю, лучшие традиции профессиональной советской журналистики остались и во многом они присутствуют и в команде РГ, костяк которой составляют журналисты КП 90-х годов, конечно, с тех пор к нам пришли и новые коллеги. Сегодня в разговоре с молодым спортивным журналистом спрашиваешь, когда последний раз он был на чемпионате, а оказывается, что смотрит все в трансляции по интернету, про театр — тот же ответ. Это новое поколение, новая журналистика. И вот это сочетание, не отрицание, а взаимное обогащение нового и старого, как раз и может дать замечательный результат. Очень надеюсь, что такой результат в том числе показывает и РГ, которой исполняется 30 лет, но как поется в одной хорошей песне, «30 лет это все-таки мало».

Источник