Четверг, 26 мая, 2022
НОВОСТИ > НОВОСТИ МЕДИА > В МИРЕ > Почему русские в Монголии превратились в «проклятых оккупантов»

Почему русские в Монголии превратились в «проклятых оккупантов»

СКАЗКА О СОКРОВИЩАХ

— Звезда Монголии взойдет над Китаем. Когда-то Золотая Орда владела половиной мира и Россией. Мы, монголы, еще покажем всем, на что мы способны. — Глаза моего собеседника, монгольского националиста Очирбата, горят почти фанатическим блеском. (Хотя причина может быть и вполне прозаической — несколько выпитых кружек пива.)

Очирбат (имя по его просьбе изменено) — человек непростой, из знаменитой артистической семьи. Образование, как и почти вся политическая и военная монгольская элита, получил в СССР. Говорит на прекрасном, даже изысканном русском языке, который и в Москве-то нечасто услышишь. Очирбат — зрелый человек и совсем не похож на тех безумных монгольских парней, что отлавливают местных девчонок, переспавших с китайцами, и бреют им головы наголо в знак позора или пишут на заборах надписи «Людей убивать нельзя, а китайцев нужно». Однако то, что говорит мой благовоспитанный собеседник, не менее чудовищно:

Дарья Асламова.
Дарья Асламова.
Фото: Дарья АСЛАМОВА

— Фашизм — это прекрасное закономерное явление природы, такое же, как вулкан, землетрясение или наводнение. Он зачищает переизбыток населения и вообще убирает лишних людей. Нужно смотреть на фашизм с практической точки зрения, а не опираясь на фальшивые нормы морали.

— Да в уме ли ты? — пытаюсь я образумить Очирбата. — Оставим мораль в стороне, но включим логику. Какая звезда Монголии над Китаем? Как можно сравнивать мышь со слоном — Монголию, страну с населением 2,7 миллиона человек, полным отсутствием инфраструктуры и бескрайними, практически незаселенными землями, и Китай, богатейшую страну мира с полуторамиллиардным человеческим ресурсом?

А в ответ я слышу песню о несметных и почти нетронутых монгольских сокровищах ценой почти в два триллиона долларов — о запасах урана, одних из крупнейших в мире (около 1,4 млн. тонн в год), о величайшем золотомедном месторождении Оюу-Толгой («Бирюзовый холм»), о серебре, нефти и железной руде, о знаменитом Таван-Толгое, крупнейшем из неосвоенных угольных месторождений в мире с запасами угля 6 млрд. тонн. Самое удивительное, что эта сказка о сокровищах, будоражащая воображение монголов, — истинная правда. Мечтательные, с богатой фантазией и хмельной кровью, присущей кочевникам, «новые монголы» уже видят себя будущими королями мира.

Когда-то символы советско-монгольской дружбы были в столице Монголии Улан-Баторе на каждом шагу. На фото - первый социалистический монгольский лидер Сухэ-Батор жмет руку Владимиру Ленину.
Когда-то символы советско-монгольской дружбы были в столице Монголии Улан-Баторе на каждом шагу. На фото — первый социалистический монгольский лидер Сухэ-Батор жмет руку Владимиру Ленину.
Фото: GLOBAL LOOK PRESS

«НОВЫЕ МОНГОЛЫ»

В Улан-Батор я прилетела, крайне заинтригованная сообщениями в российской прессе о «монгольском экономическом чуде». Доктор экономических наук депутат Госдумы Валерий Зубов заявил, что резкий рост экономики Монголии до 30% ВВП в год (на самом деле 17%, а с учетом инфляции 12% и только в 2011 году) несет серьезную угрозу южносибирским регионам России. Зубов также восторгался тем, что Монголия фактически превратилась в новый Кувейт, в котором правительство охотно и радостно делится с населением доходами с угольных и медных месторождений. А до этих сенсационных заявлений многие видные российские экономисты восторгались успехом нового азиатского тигра, достигнутым благодаря не пресловутой «стабильности», а истинной демократии.

Улан-Батор я уже представляла себе новым Дубаем. И сказать, что город шокировал меня, — это ничего не сказать. Столица Монголии — безобразный загаженный город, выстроенный без логики, стремления к красоте или удобству. Единственная приличная улица — старый советский проспект Мира с несколькими новенькими блестящими отелями и бизнес-центрами. Дорог даже в столице нет В ПРИНЦИПЕ! Да и зачем кочевнику дорога? Ему нужно направление! По разбитым вдрызг колеям передвигаются сто тысяч новых и подержанных джипов, водители которых беспрерывно давят на клаксон и осыпают проклятиями чудом уцелевших прохожих, выпорхнувших из-под колес, а также водителей-конкурентов, которые все время норовят друг друга подрезать. Правил дорожного движения не существует ВООБЩЕ. Для монгола машина — это умный конь, который сам знает, куда надо ехать, поэтому аварии здесь случаются каждые пять минут. После чего владельцы пострадавших авто выскакивают на дорогу и начинают мутузить друг друга. Я своими глазами видела, как молоденькая дорого одетая монголка яростно пинала острым каблуком въехавший в ее авто блестящий «Ленд Крузер», водитель которого метко плевал ей на туфельку. (По сравнению с монголами московские водители — это воспитанные ангелы, которым обеспечено место в раю.)

Тех, чье детство пришлось на постсоциалистический период, в буквальном смысле не затронуло ни воспитание, ни образование
Фото: Дарья АСЛАМОВА

Город часами, сутками стоит в одной мертвой пробке. Улан-Батор переживает чудовищную экологическую катастрофу и в буквальном смысле задыхается от нехватки кислорода. Виной тому местное законодательство, разрешающее каждому жителю ставить юрту на любом свободном месте (иногда прямо на дороге) и огораживать ее забором. Распространен самозахват земель и абсолютно неконтролируемая жилищная застройка. Старая советская инфраструктура, рассчитанная когда-то на 700 тысяч человек, не в состоянии обеспечить сносную жизнь полуторамиллионному населению, треть которого проживает в жутких юрточных поселках на окраинах города — без воды, электричества, канализации. В суровые монгольские зимы беднота топит печки чем придется — дешевым углем, мусором, а иногда и автопокрышками, отчего над городом встает серая дымовая завеса, да такая, что даже самолеты не всегда могут приземлиться. Улан-Батор лежит в котловине, окруженный со всех сторон горами, не пропускающими спасительные ветры. Остановить дикое заселение города невозможно, поскольку это противоречит «демократии», избиратели просто загрызут.

«Новые монголы» — это неотесанные, нахрапистые, плохо воспитанные люди с острыми локтями, готовые все смести на своем пути. Ужасно напоминают новых русских в начале девяностых, только без красных пиджаков. Самая популярная фраза (часто по-русски) в ответ на жалобу иностранца — «Ты здесь не у себя дома!». Люди постоянно толкаются, наступают друг другу на ноги, смачно плюются, мочатся иногда прямо на улице. Старые «советские» монголы называют «новых» потерянным поколением. Тех, чье детство пришлось на постсоциалистический период, в буквальном смысле не затронуло ни воспитание, ни образование. Из Монголии уехали советские врачи и учителя. Русский язык, через который монголы получали доступ к мировой культуре, ушел из школ, а английский в ту пору еще не пришел. На целое десятилетие Монголия была предоставлена самой себе. Россия, переживающая собственную драму — распад СССР, вообще не интересовалась соседом. Китай сосредотачивался на внутреннем росте. Словом, на Монголию все махнули рукой. Кроме западников, которые создавали на заброшенной территории «рассадники демократии» в виде НПО (неправительственных организаций), выдавали талантливым студентам гранты на обучение и пачками отправляли на «переподготовку» в США местных журналистов, которые должны были объяснить простым монголам, что Китай — их извечный враг, а русские — проклятые оккупанты. А значит, монголам нужен великий «третий сосед» в лице Запада. В начале 2000-х Монголия пережила настоящий медийный бум. Сейчас на 2,7 миллиона жителей приходится свыше 400 «независимых» СМИ, каждое из которых обслуживает определенные бизнес-интересы. А когда Хиллари Клинтон назвала Монголию «светочем демократии», монголы воспряли духом.

На Монголию все махнули рукой. Кроме западников, которые создавали на заброшенной территории «рассадники демократии» в виде НПО
Фото: Дарья АСЛАМОВА

«ДАРЫ РОДИНЫ»

Демократия эпохи первоначального накопления сырьевого капитала со всеми ее недостатками — политической чехардой, расцветом коррупции и воровства, нерешительностью и болтовней, громкими заявлениями и популизмом — сразу пришлась монголам по вкусу. Нация с предельно развитым собственническим инстинктом (а чего вы хотите от кочевников?) опьянела от воздуха свободы: только права и никаких обязанностей.

— Вы говорите, у нас избыток демократии? У нас в крови дух свободы, — говорит популярный телеведущий, журналист и экономист Д. Жаргалсайхан. — Мы кочевники, а кочевники — это люди, зависящие сами от себя. Они живут далеко друг от друга. Поэтому каждое решение, которое они принимают, может быть самым плохим и самым хорошим решением в их жизни. Здесь очень силен индивидуализм.

Фото: Дарья АСЛАМОВА

В середине 2000-х решение о будущем Монголии витало в воздухе: надо просто пустить в страну глупых иностранцев, которые вложат свои деньги в разработку богатейших месторождений, наймут на работу ненавистных монголам китайцев, готовых работать за чашку риса в день, и будут вечно платить дивиденды гордым кочевникам. Иностранцев пустили — да так, что за лицензиями на разработку те же китайцы (по слухам) ходили в кабинеты чиновников с чемоданами денег. Страну, переживавшую «романтичное» время в духе Ельцина, продавали быстро и по кусочкам. В конце 2000-х все политические партии обещали избирателям откат под названием «Дары родины» — демократический распил денег от инвесторов. Это была чистая маниловщина, синдром предвыборной лихорадки. Фактически подкуп избирателей. Монголии удалось получить авансом от Китая за поставки угля с месторождения Таван-Толгой 350 миллионов долларов. Часть денег распилили следующим образом: каждому монголу полагалось выплатить 21 тысячу тугриков (500 рублей) в месяц в течение трех лет (!). Значит, семья из пяти человек могла хоть впроголодь, но выжить. По всей стране выстроились очереди за деньгами.

— Это было политическое решение, и никто не слушал советов экономистов, которые предупреждали: деньги превратятся в бумагу! — говорит декан экономического факультета госуниверситета Ц. Даваадорж. — Денег раздали на 500 миллиардов тугриков. Немедленно на 17% в год подскочила инфляция, а цены на мясо взлетели до небес.

— Деньги, которые нужно было раздавать адресно, нищим слоям населения, раздали абсолютно всем, включая миллионеров, — говорит политик от Монгольской народной партии Д. Цоктбаатар. — Даже при социализме таким разгильдяйством не занимались.

Китайский аванс просто профукали, и у страны даже не осталось денег, чтобы оплатить вывоз угля в Китай. Себестоимость добычи угля — 61 доллар за тонну, а китайцы, любители демпинга, готовы платить только 50. Месторождение Таван-Толгой, которое фактически сидело на деньгах, оказалось на грани банкротства и теперь вынуждено работать себе в убыток.

КАПИТАЛИЗМ ПО-ВОЛЧЬИ

Но монголов осенила следующая светлая мысль — выбросить на мировой финансовый рынок государственные облигации, так называемые чингис-бонды, на сумму полтора миллиарда долларов, а в будущем — до пяти миллиардов, чтобы заткнуть дырки в бюджете. Гарантией служат все полезные ископаемые Монголии. Иностранные банки скупили облигации в один момент. (Мне это до боли напоминает ситуацию с Грецией и «залоговые аукционы» конца ельцинской эпохи.)

— Я очень боюсь этих чингис-бондов, — говорит Д. Жаргалсайхан. — Когда нам придется платить проценты по этим облигациям, все чиновники, выпустившие бонды, будут уже далеко, за границей, на своих виллах. Мы их просто не найдем. А страна будет расплачиваться своими ресурсами.

«Мы кочевники, а кочевники — это люди, зависящие сами от себя»
Фото: Дарья АСЛАМОВА

Монгольские СМИ всячески пропагандируют миф о «реальном» жестком капитализме, когда человек человеку волк и проблемы ближнего — это не твои проблемы.

— У нас каждый сам за себя, — с гордостью говорит ресторатор Джаргал. — Вы там, в России, просто богатеете, а мы, в Монголии, развиваемся. У вас бандиты бизнес крышуют, а у нас торжество закона и порядка.

— А в чем заключается ваше развитие? — любопытствую я.

— Ну мы на третьем месте в мире по пользованию интернетом. У всех есть мобильные телефоны. И у нас миллионеров больше на душу населения, чем в России. Мы вовремя поняли, что государство — это форма насилия. Вы что думаете, каждый богатый человек должен содержать бедных? Не должен! На себя нужно надеяться!

— А что делать с нищими, сирыми, убогими? — спрашиваю я.

— Ну не знаю, какие-нибудь законы разработать. Главное, чтобы люди поняли: им никто не поможет.

ИЗДЕРЖКИ ДЕМОКРАТИИ

— Государство — это система, которая мешает людям жить нормально, — утверждает Д. Жаргалсайхан. — Государство существует ради самого себя. Оно порочно по своей сути. Оно не создает ценностей, а просто распределяет их. Все функции государства можно смело передать частным компаниям. Даже тюрьмы.

— Я вам напомню, что произошло в некоторых штатах США, когда тюрьмы стали частными, — говорю я. — Частные тюремщики стали платить взятки прокурорам за то, чтобы те назначали длительные сроки заключения подсудимым. Потому что за содержание каждого зека государство платит тюрьмам деньги.

— Это частности, — отмахивается Д. Жаргалсайхан. — Издержки демократии. В целом идея частных тюрем и приватизации любых административных функций совсем неплоха. Людям нужно как можно меньше государства, которое по своей сути коррумпировано, его бюрократы распоряжаются НАШИМИ деньгами как собственными!

— Ваше мнение — это типичное мнение кочевника, привыкшего полагаться только на себя, — возражаю я. — Но в защиту государства хочу лишь сказать, что хуже государственной коррупции может быть лишь власть монополий. И она будет куда более жестокой и беспощадной, без оглядки и претензии на социальную политику. Так что будьте осторожны в ваших играх с уничтожением государства.

— Нет! — стоит на своем мой собеседник. — Мое мнение: если хочешь помочь стране, сними с государства заботу о себе.

— Так легко говорить богатеям, — возмущается знаменитый оперный певец Хайдав. — Тем, кто родину продает. Да и кто поверит в такую сказку, что за десять лет можно стать миллионером? Сейчас господствует идеология долларов и юаней. Мы дошли до того, что бедные монголы не едят мяса! В стране на 2,7 миллиона населения приходится 40 миллионов голов скота, а у людей нет денег на мясо. Я помню время, когда баран стоил доллар, а сейчас цена на курдюк в праздник поднимается до 500 долларов!

— Никогда такого не было в истории Монголии, чтобы трети населения нечего было есть и негде жить, — с горечью говорит член Великого государственного хурала (парламента) Н. Батцэрэг. — Да, монголы прежде были бедными, но сытыми! А сейчас 30 процентов населения живет за чертой бедности, в лачугах. И 18% вообще не имеют никаких доходов. Мясо для нас — это жизнь. И какой монгол без мяса?

РЕСУРСНЫЙ НАЦИОНАЛИЗМ

Надежда на быстрое обогащение за счет недр и похвалы, которыми западная пресса осыпает Монголию, вызвали у монголов эйфорию и головокружение от мнимых успехов.

— Ресурсный национализм — это глобальный феномен, — с грустью говорит политик от Монгольской народной партии Д. Цоктбаатар. — Вам, русским, он тоже хорошо знаком. И мы этим в данный момент заболели. Людям внушают, что иностранцы — их враги. Что, мол, у нас все есть, но придут хитрые и более развитые иностранцы и все у нас отберут.

— Россия уже выздоравливает от ресурсного национализма, а мы только подошли к нему, — говорит экономист и журналист Д. Жаргалсайхан. — Первым холодным душем оказалось падение цен на уголь. И трудные дни у нас впереди. А ведь была эйфория. Такая бедная страна, а все руководители купили дорогущие машины. Всюду блестят новенькие офисы, а государственный штат непомерно раздут.

— Националистические настроения очень мешают нам трезво оценить ситуацию, — говорит экономист В. Отгонтугс. — Что мы построили за 70 лет болтовни? Строили русские специалисты на советские деньги. Теперь полно политиков, которые кричат: я за народ! Вас, мол, грабят австралийцы, которые разрабатывают месторождение «Оую-Толгой», китайцы или русские. А на самом деле мы сами не в состоянии ничего построить. Нет ни средств, ни специалистов. Зато много спеси.

КАК НАС КИНУЛИ

Отношения России и Монголии возобновились с приходом к власти Путина. Начались государственные визиты, обмены делегациями, улучшились торговые отношения. В 2003 году Россия простила Монголии долг 11,4 миллиарда долларов за счет российских налогоплательщиков, не получив в обмен НИЧЕГО! (По слухам, российский МИД, предполагавший, что в обмен на списание Россия получит доступ к разработке монгольских месторождений, был просто в ярости. Но в Улан-Батор приехал премьер-министр Касьянов, и неожиданно соглашение было подписано.)

Однако предполагались сказочные перспективы. Как ни крути, русские монголам не чужие. Страна самим фактом своего существования обязана СССР, спасшему ее в ХХ веке и от китайцев, и от японцев.

— Сначала наших обещали допустить к разработке месторождений Таван-Толгой и Оую-Толгой, но потом в местной прессе началась кампания, что, мол, русские олигархи подбираются к монгольским ресурсам, и тот же Оую-Толгой ушел западникам — канадцам, англичанам и австралийцам, — говорит российский бизнесмен Д., работающий в Монголии. — Монголы, кстати, теперь и западников пытаются нагреть. Англо-австралийская компания «Рио Тинто» уже вложила в разработку Оую-Толгой почти 7 миллиардов долларов, а теперь парламент хочет лишить ее контрольного пакета. Мол, это стратегическое месторождение. Далее, в 2006-м договорились, что российский «Полиметалл» будет разрабатывать месторождение серебра Асгат на границе с нашей Тывой. Это был обоюдовыгодный проект. Все подписали при послах и президенте Путине в Москве, а парламент перечеркнул весь проект. Мол, 51% должен в любом случае принадлежать Монголии, ну «Полиметалл» и отказался. Это у монголов политика такая: иностранцы должны все сделать, построить, довести до ума и свалить.

Но самая гнусь случилась с железными дорогами. Есть старая советская железная дорога (50% принадлежит России), которая идет от Улан-Удэ и требует срочной модернизации. Там средняя скорость 37 километров в час. И дорогу эту еще нужно довести до Китая. Тогда будет реальный транзитный коридор. Сейчас из Китая до Европы груз морем может идти и три месяца, а так транзит сократится до 23 дней. Сказка! Всем хорошо! Договоренности официально подписали Дмитрий Медведев и монгольский премьер-министр Санжийн Баяр — о том, что Россия является стратегическим партнером Монголии в области модернизации старых железных дорог и строительства новых. И что ты думаешь? Кинули! За нашей спиной тут же начались переговоры с южнокорейцами, и весь проект встал. Местная пресса подняла вой, что русские пытаются захватить железнодорожную отрасль, хотя старая дорога и так нами построена.

Монголия приветствует иностранцев с парадного входа (на фото - почетный караул готовится к встрече зарубежной делегации в аэропорту Улан-Батора), а провожает все чаще с заднего крыльца.
Монголия приветствует иностранцев с парадного входа (на фото — почетный караул готовится к встрече зарубежной делегации в аэропорту Улан-Батора), а провожает все чаще с заднего крыльца.
Фото: Анатолий ЖДАНОВ

Но мы им тоже можем устроить большую неприятную БЯКУ. И до них это медленно доходит. Если Россия выстроит газо- и нефтепроводы в Китай в обход Монголии, монголам останется только сесть и плакать. Кому будет нужен их уголь, от которого в Китае небо черного цвета? Конечно, китайцы предпочтут экологически чистый и дешевый газ. Монгольская мечта — чтобы через них из России проходили автомобильная и железная модернизированная дороги в Китай, линии электропередачи и стратегические трубопроводы, а они бы ничего не делали и только получали деньги за транзит.

Сказка о новом азиатском тигре в лице Монголии — это миф и блеф. Где этот экономический рывок, скажи мне? У них в изобилии только скот, цена на мясо которого за полгода выросла в три раза, и ресурсы. Всю промышленность им сформировал Советский Союз, остатками которой они питаются до сих пор. Строят здесь в основном китайцы и корейцы (вот у тех экономический рывок налицо). И вообще монголы — сугубо гуманитарный этнос. Очень музыкальны, обожают танцы, сентиментальны (сказываются кочевой образ жизни и привычка к созерцательности, ведь в степи можно бесконечно смотреть на звездное небо). А такая нация, по-моему, в принципе не может быть технократическим тигром. Монголов, в сущности, не коснулись конфуцианские ценности, на которых построен весь азиатский успех, — такие, как порядок, дисциплина, коллективизм, воздержание, превосходство групповых интересов над индивидуальными, мягкий авторитаризм. Они ярко выраженные индивидуалисты и эгоисты. По менталитету Монголия — вторая Украина. Когда им надо, они вспоминают о том, что мы — их друзья. Но если б ты почитала, что пишет о русских местная пресса!

«У них в изобилии только скот, цена на мясо которого за полгода выросла в три раза, и ресурсы»
Фото: Дарья АСЛАМОВА

О том, что информационная война против России идет вовсю, я поняла, когда видный политик, депутат хурала (парламента) Н. Батцэрэг заметил мне, что при ужасающе высокой бедности населения Монголии (30% нищенствуют) его «утешает» тот факт, что в Сибири и на Дальнем Востоке, к примеру в моем родном Хабаровске, 50% населения живет за чертой бедности. «Вы шутите? — Я широко раскрыла глаза. — Сибирь считается одним из богатейших регионов, а Хабаровск — самый дорогой из провинциальных городов России». — «Ну вот сколько процентов населения в вашем Хабаровске нищенствует?» — «Вы имеете в виду, живут в лачугах, как в Улан-Баторе, без воды, света, отопления и без работы? Да у нас просто нет таких кварталов! Хотя, безусловно, есть бомжи — спившиеся асоциальные личности. Но вас явно ввели в заблуждение насчет уровня жизни в России».

Дурную шутку с нами сыграл сериал «Бригада», который упоенно смотрели во многих странах мира, в том числе и в Монголии. Саша Белый — любимый герой монголов. Но когда один местный политик простодушно заявил мне, что Монголия ввела визы для России после «Бригады», я не знала — смеяться тут или плакать. «Мы видели по телевизору, какой у вас творится беспредел. Русских страшно пускать в страну», — на полном серьезе твердил политик.

«С китайцами мы бы и сами как-нибудь справились. Дали бы нам пять тысяч винтовок, и мы дошли бы до Великой Китайской стены»
Фото: Дарья АСЛАМОВА

О НЕБЛАГОДАРНОСТИ

— В отношении к России у нас накопился огромный негатив, — говорит националист Очирбат. — Мы зажаты Китаем и Россией с двух сторон и фактически находимся в состоянии холодной войны с русскими. Мы никогда не забудем, что здесь стояли оккупационные войска в лице Забайкальского военного округа.

— Оккупационные войска?! — Я просто задыхаюсь от возмущения. — Да вас бы на свете не было, если б не русские! Кто выбил из Монголии китайцев? Кто сражался на Халхин-Голе? Кто был единственной страной до конца Второй мировой войны, признавшей Монголию как государство? Кто бесплатно обучил и воспитал 60 тысяч ваших студентов? СССР!

— С китайцами мы бы и сами как-нибудь справились, — небрежно бросает Очирбат. — Дали бы нам пять тысяч винтовок, и мы дошли бы до Великой Китайской стены. А японцы… Вы нам просто испортили с ними отношения.

— Испортили отношения?! — Я с трудом обуздываю новый порыв гнева. — Я тебе напомню, как японские империалисты ели в Нанкине печень китайских военнопленных. Неужели ты думаешь, что они побрезговали бы монгольской печенью? Вспомни советских военных, которые сражались рядом с монголами плечом к плечу! Вспомни советских врачей, которые не пожалели своих жизней, чтобы спасти вашу нацию от вымирания! Треть населения болела сифилисом, половина — туберкулезом. У вас даже чума была! Вас, монголов, вытащили с того света! И как же вы за это нас отблагодарили? Оказывается, мы русские оккупанты!

— Да, вы нам помогли. Ну и что?! В политике не бывает понятия «благодарность». В политике: ты — мне, я — тебе. Сейчас мы играем с разными странами. И теперь монголы недолюбливают русских, потому что рост цен на товары все связывают с Россией, с импортом ваших нефтепродуктов.

При советской власти монголы уезжали в великую страну СССР, чтобы после вернуться на родину образованными
Фото: Дарья АСЛАМОВА

— Цена на нефтепродукты зависит от мировых цен на нефть, — замечаю я. — Может быть, мы должны вам опять все давать забесплатно? Чтобы вы нам потом плюнули в лицо?

— Мы хотим равенства!

— Вот как! Что-то я не слышала, чтобы Монголия заикалась о равенстве в своих отношениях с Китаем или США! Почему? Потому что вас просто сотрут в порошок! А с Россией вы требуете «равных отношений»!

— У нас сейчас с Россией общие интересы на нуле. Вот если бы Россия построила трубопроводы в Китай через Монголию, отношение к русским у молодого поколения изменилось бы в лучшую сторону, — замечает Очирбат.

— А вы нам что за это? Дырку от бублика? У нас уже есть шантажист в лице Украины.

Позже, когда я рассказала историю о «русских оккупационных

войсках» зампредседателя Великого хурала господину Л. Цогу, он лишь тяжело вздохнул в ответ: «К сожалению, в Монголии нарастает опасная тенденция к переписыванию истории. Идеологию надо брать в свои руки, и молодежь должна воспитываться на исторической правде. Да если б не Россия, мы были бы колонией Китая!

ПРО НАСТОЯЩИХ КОЧЕВНИКОВ

— Главное, молчи и улыбайся, а говорить сначала буду я. Спрошу, как прошла зимовка, потом — спокойны ли волки, не таскают ли овец. Кочевники — очень церемонные люди. Потом тебе предложат монгольский чай, и его надо выпить до конца, хотя для иностранцев это испытание. Сначала варят плиточный грузинский зеленый чай с молоком, который полюбился монголам еще с советских времен, а потом бросают туда куски жира и соль, а могут и остатки вчерашнего мяса, чтобы не пропадало. А вообще угостят чем бог послал.

— А как мы найдем кочевников? — спрашиваю я молодую красавицу Аню Акулову, пресс-атташе российского посольства.

— Очень просто! Как увидим след грузовика в пыли, сворачивающий с шоссе, значит, нам туда, за ним, прямо в степь.

Через несколько минут мы находим едва заметную колею. И вот уже вдали видны три семейные юрты, откуда выбегают ребятишки, а следом выходит степенный хозяин в национальном халате. Аня подставляет неистовому ветру лицо и блаженно вздыхает: «Это худон, монгольское село. Худонские — это настоящие монголы».

В юрте нас усаживают на почетные табуретки, хозяйка ставит на стол кувшин домашней жирной простокваши, режет твердый овечий сыр и свежеиспеченный хлеб. Хозяин достает кисет и вынимает драгоценную старинную табакерку. Почетный гость обязательно должен нюхнуть хозяйского табаку с достоинством и без чиха. А теперь можно поговорить. Про будущие скачки. Про то, как четырехлетний сынишка упал с лошади и сломал руку. Про русских, которых теперь редко увидишь. А помнится, как мать и отец ездили в Москву на курсы повышения квалификации, как старшие братья получали бесплатное образование в Ленинграде и Кургане. Хорошие были времена! Хорошие люди! Особенно советские врачи, работавшие в местных больницах. Именно в худонах 70% кочевников до сих пор считают русских своими лучшими друзьями.

Отсюда, из худонов, при советской власти монголы уезжали в великую страну СССР, чтобы после вернуться на родину образованными. Как и живущий ныне в Улан-Баторе бывший «худонский мальчик», а ныне оперная легенда, ученик великого Лемешева, 87-летний певец господин Хайдав. «Советская власть давала шанс — из войлочной юрты в большую жизнь, — вспоминает господин Хайдав. — Так и я, «худонский мальчик», смог попасть в Москву, в консерваторию. Настоящие монголы боготворят дружбу с Россией. Китайцы нас обкрадывают тысячу лет, а русские спасли монголов и в революцию от китайцев, и в 1939 году от японцев. А кто вам скажет по-другому, тот не монгол, а предатель своей родины. Я помню, как во время Второй мировой войны монголы отдавали последний кусок мяса, даже золотые зубы изо рта вынимали, чтобы послать на свои средства танковую колонну из 53 танков в помощь советским войскам. Помню, как моя мама шила полушубки для ваших сибирских полков. Как люди отдавали фамильные драгоценности, лучших лошадей, валенки, шапки, теплую одежду. Все шло на фронт в помощь русским братьям и сестрам. А сейчас — стыдно слушать, что болтают о России нынешние сволочи! Ведь у нас тогда была такая любовь!»

Господин Хайдав прикрывает глаза и все еще прекрасным голосом с дивными старинными интонациями поет арию Ленского «Куда, куда вы удалились, весны моей златые дни?».

— Помню, как нас, иностранных студентов, принимал в Кремле Сталин, как мы чокались с ним водкой, — вспоминает господин Хайдав. — И он нам завещал: пронесите стальную русско-монгольскую дружбу во веки веков. «Новым» монгольским политикам хотелось бы, чтобы я умер! Иногда мне прямо в глаза говорят: когда ж ты уже сдохнешь! Я смерти не боюсь, но до последнего часа буду говорить правду: русские — наши спасители.

Источник: КП